Кремль дрогнул перед иноагентами?

Кремль дрогнул перед иноагентами?

Закон об иноагентах требует обсуждения, однако приступать к обсуждению возможных изменений в документе можно только после начала работы Госдумы, в деловом ключе и без эмоций, заявил журналистам пресс-секретарь президента РФ Дмитрий Песков.

«Дума же еще не заработала, очень важно, чтобы парламент заработал. Как раз после того, как закончится формирование комитетов и так далее, тогда уже можно приступать к контактам, к обсуждению, к предложениям, которые были сформулированы, что очень позитивно. Позитивно с точки зрения конкретных предложений, не каких-то эмоциональных требований, а именно конкретных деловых предложений, поэтому здесь нужно чуть-чуть набраться терпения и затем уже приступить к обсуждению», — сказал Песков, отвечая на вопрос, нет ли необходимости ускорить процесс корректировки закона на фоне расширения списка иноагентов.

На вопрос, не угрожает ли расширение списка свободе слова, Песков ответил отрицательно: «Нет, выполняется закон. Если вы получаете иностранные деньги, то вы вноситесь в этот список».

Ранее официальный представитель МИД России Мария Захарова исключила отмену закона об иноагентах, поскольку этим могут спекулировать на Западе. По ее мнению, при ином раскладе у западных партнеров появится ощущение безнаказанности за давление на российские СМИ за границей и за участие в политической жизни через своих агентов влияния на российские территории.

Накануне Минюст РФ сообщил о расширении реестра СМИ-иноагентов. В него, в частности, включили издателя «Медиазоны» Петра Верзилова*, главного редактора этого издания Сергея Смирнова* и еще 20 человек. Кроме того, в реестр включили издание «ОВД-инфо»*, а также организацию «Зона права»*.

В начале прошлого месяца 23 главных редактора и руководителя СМИ обратились к властям РФ с предложением внести в закон об иноагентах 12 поправок. В частности, предлагается признавать иноагентами только через суд и обязать Минюст доказывать связь между наличием иностранного финансирования и «политической деятельностью» в интересах конкретного правительства или организации. А в конце августа ряд СМИ разместили открытые обращения к российским властям с требованиями прекратить преследование журналистов на основании закона об иноагентах и отказаться от практики включения изданий в соответствующие реестры.

Что, власти в итоге услышали и решили сбавить обороты? Как понимать заявление Пескова?

— Понимать можно по-разному, — говорит экс-кандидат в губернаторы Пензенской области, вынужденная отказаться от участия в выборах из-за получения статуса «лица, аффилированным с иностранным агентом», Анна Очкина. — Скорее всего, власть просто запуталась в правоприменении. Стало понятно, что список может быть безразмерным. С другой стороны, власти жалко отказаться от такого инструмента манипулирования любыми несогласными.

«СП»: — Что все-таки не так с этим законом?

— Закон нарушает логику права, ограничительный статус прописывается без суда, тебя клеймят за ЗАКОННЫЕ действия. Ведь эти сообщения о статусе иноагента в СМИ и в избирательной кампании — это что? Предостережение, что твои намерения не чистые? Но ты же ничего незаконного не сделал. Но думаю, власть не озабочены справедливостью, просто трудно стало контролировать действие закона. Ну и опасения есть после выборов, что недовольство, которому не дали влиться в избирательные урны, все же даст о себе знать. И начали перехватывает повестку. Пусть общественность ухватится за обещания весьма смутных, правда, послаблений. И перестанет обсуждать выборы.

«СП»: — А для чего, по-вашему, его вообще разрабатывали и принимали?

— Закон задумывался для чистки рядов кандидатов в ГД и для сдерживания СМИ. Я думаю, такой закон в принципе не нужен. Злой умысел и противоправные деяния должен доказывать суд.

«СП»: — Как бы вы прокомментировали слова Пескова о необходимости обсудить закон «без эмоций»? Какого результата ждать?

— Я не могу комментировать Дмитрия Пескова. Кто знает, что у него на уме. Думаю, он хотел сказать, что нужно взвесить эффективность закона, его необходимость, без обид и призывов к справедливости. Как это будет на самом деле, сложно сказать. Скорее всего, внесут какую-то невнятную поправку.

Думаю, можно ждать незначительного смягчения на следующий избирательные цикл.

— Власть пошла на это, оценив изменения в общественном мнении по сравнению с 90-ми, когда статус иносгента воспринимался бы как жирный плюс и гарантия качества, — считает главный редактор ФОРУМа. мск Анатолий Баранов. — Но и сегодня использовать иностранное как жупел довольно глупо.

Закон задумывался как вариант палки для тех, кто хочет независимости. У нас медиа не могут приносить прибыли, и иностранное финансирование по-прежнему единственный вариант эмансипации от государства, его цензуры и прочего.

«СП»: — Как теперь власти сохранить лицо? По словам Пескова, приступать к обсуждению возможных изменений в закон об иноагентах можно в деловом ключе и без эмоций. Это как?

— А власти не нужно сохранять лицо, она его давно потеряла, и ничего, живёт и без него. Песков как лицо власти — это уже характеристика.

«СП»: — Каким, по-вашему, будут результаты обсуждения? Будет ли он смягчен? В каком виде?

— Думаю, будет смягчен, скорее всего, иначе зачем затевали разговор? Однако это уже не имеет значения. Всем плевать, лучше новости от иноагента, чем от Раша Тудей.

«СП»: — Аналогичный закон действует во многих странах, тем более что многие политик и журналисты действительно получают финансирование из-за рубежа. Нужен ли нам этот закон? Как его переписать, чтобы он защищал суверенитет и не вызывал нареканий?

— А вот какая вам разница, откуда получает финансирование СМИ? Если оно не занимается пропагандой. Но у нас во власти сидят мыслители, которые видят пропаганду даже в сюжете National Geographic про пингвинов. Нужен ли нам этот закон? За всех не скажу, а вот мне точно не нужен!

«СП»: — А вот Захарова говорит, что если отменить закон, у «западных партнеров» появится ощущение безнаказанности за давление на российские СМИ за границей. Так ли это? Ведь на Западе тоже активно преследуют наших журналистов за принадлежность к России.

— Логика потрясающая. В ответ на давление на Западе на наших, мы будем давить на наших же журналистов, которых признают на Западе. Забыли, что выделяли 50 миллионов долларов на продвижение российских интересов в западных медиа?

— Слова Пескова можно понять так: бить будут больно, но избирательно, — уверен член политсовета партии «Другая Россия Э.В. Лимонова»** Андрей Милюк. — Сейчас кажется, что закон об иноагентах превратился в орудие безумных ковровых репрессий: Минюст махает этой дубиной направо и налево. Но это всего лишь проба сил. Смысл закона об иноагентах не в уничтожении оппозиционной журналистики, но в уничтожении журналистики, независимой от российских властей.

Кремль стремится привести информационное поле внутри страны к формату коллективного «Эхо Москвы», когда журналистам и общественным активистам позволены самые острые высказывания, но некоторые неудобные темы обходятся стороной, а в наиболее опасные для власти моменты оппозиция начинает играть на стороне Кремля против граждан. Тот же Венедиктов идеально изучил правила игры — вот уж кого никогда не признают иностранным агентом. В 2011 году он помог властям слить протест на Болотную площадь, а в эти выборы выступил главным пропагандистом электронного голосования.

Думаю, Минюст внимательно следит за отзывами иноагентов: сейчас самый популярный — «тяжело, но жить можно». Поэтому новый созыв Госдумы, во-первых, сделает закон об иноагентах еще более трудновыполнимым: больше требований к отчетности, больше регламентации, больше мелочных запретов. Во-вторых, повысятся наказания за нарушение закона. В-третьих, против принципиальных, ушедших в «отрицалово» нарушителей начнут проводить показательные процессы. Общий смысл этих действий в том, чтобы сократить до минимума серую зону, когда ты уже «иностранный агент», но еще можешь вести какую-то активную деятельность.

Одновременно придумают какие-то не столь существенные поблажки для тех, кто принял правила игры и «встал на путь исправления». На этом основании может показаться, что наступила некоторая либерализация законодательства, но нет: речь идет о подчинении общественной жизни государству, на упорядочивании репрессий. Метка иноагента теряет смысл, если ее будут иметь вообще все значимые медиаперсоны.

Впрочем, реестр иноагентов обязательно вырастет до нескольких тысяч (или десятков тысяч) записей за счет никому не известных активистов второго и третьего эшелона — как это уже произошло с перечнем террористов и экстремистов.

На все обвинения в закручивании гаек Кремль может предъявить депутата Госдумы Марию Валерьевну Бутину как живого свидетеля иностранных практик борьбы с иноагентами. Но это как раз тот случай, когда стоит избавиться от низкопоклонства перед Западом.

Источник

  inosminews.ru

Добавить комментарий

Яндекс.Метрика